Исповедь девушки, которую с восьми лет насиловал отчим

Алию Естенову отчим растлевал с 8 лет. Выяснилось это, когда 14-летняя девочка решилась на суицид: ее, наглотавшуюся таблеток, едва откачали, пишет caravan.kz.

После приговора суда началась вторая стадия кошмара: подростка и ее маму стали преследовать родственники отчима и общество, которое почему-то жалеет и поддерживает насильника. И опять она боялась и молчала. Заговорила совсем недавно, когда до освобождения отчима, осужденного на 11 лет, остался всего один год и из мест не столь отдаленных девушке стали приходить весточки, мол, в живых не оставят.

Если 10 лет назад тогда еще 14-летняя девочка и ее мама боролись за то, чтобы посадить отчима в тюрьму, то теперь – чтобы вернуть статус невиновной.

Рассказать всем о том, что с ней случилось, Алия решилась, услышав историю лидера движения против насилия “Не молчи” Дины Смаиловой, опубликовавшей 9 июля 2016 года открытое письмо к обществу. Речь в нем шла о том, как много лет назад совершенное над ней групповое изнасилование аукнулось на жизни давно уже взрослой женщины.

– Я была удивлена, что Дина так открыто рассказала об этом, – говорит Алия. – Но когда и другие заговорили о том же самом, то поняла: делают они это не потому, что им сладко-гладко живется после того, как насильник наказан. У меня, например, были злость и обида на всех, но я дала себе установку – не плакать, все держать в себе.

Пока варилась в собственном соку, было тяжело. А когда Дина сказала, что если перестану бояться, то сама могу стать той, которая будет помогать другим, я поверила ей. Сама не ожидала от себя, что выступлю на международной конференции “Один год немолчания”. Сейчас уже и не помню, о чем там говорила. В памяти осталась лишь пара слов о том, что я не жертва, хотя после того, как отчима приговорили к 11 годам, я еще 10 лет реально выживала. Это были не только преследования со стороны родственников отчима. Он и сам приходил ко мне в моих снах, я словно наяву слышала его голос.

Его родня уверена, что я все выдумала. Стараясь поймать меня на лжи, преследуют меня и маму. Я уже на коленях просила их уйти из моей жизни, но они упорно идут по пятам. Сестра отчима сказала, что когда он выйдет из тюрьмы, то меня “уроет”. Напугалась ли я? Пока он сидит, мне кажется, что смогу постоять и за себя, и за маму с сестрами.

Попав к психологу и еще раз пережив то, что он со мной сделал, я сказала: если после его освобождения что-то произойдет даже не со мной, а с моими родными, пойду на все, чтобы защитить их. Правда, я совсем не уверена, что при виде отчима во мне вновь не проснется тот запуганный ребенок, который готов был бежать куда угодно и даже уйти из жизни совсем (это было в моей жизни, спасли подружка и ее мама), лишь бы не оставаться под одной крышей с ним. С другой стороны, желание посмотреть в глаза этому человеку и понять, признал ли он свою вину, сильнее страха.

– А обиды на маму за ее мужа сегодня уже прошли?

– Пока я не могу этого сказать.

– Что бы вы посоветовали тем женщинам, которые, имея детей, собираются замуж еще раз, с высоты своих уже 24 лет?

– Я не осуждаю их. Но сама хочу выйти замуж один раз и только за любимого человека. Пока я не тороплюсь всерьез присматриваться к кому-то. Знаю, что мои детские и подростковые травмы могут сказаться на человеке, который может стать моим мужем.

В душе у меня все еще есть агрессия, злость и обида, правда, если другие глушат это алкоголем, наркотиками и таблетками, то я – спортом. Я общительная, душа компании, но у меня такой девиз: не жаловаться! В “Не молчи.kz” пришла только для того, чтобы меня поддержали.

Матерям я хочу сказать, чтобы они любили своих детей. На любую жалобу – обжегся, упал, поцарапался – обращайте внимание. И если ребенок вдруг почему-то не хочет идти в магазин с вашим мужем, услышьте его.

Когда женщина любит мужчину, часто бывает так, что она не видит и не слышит то, что творится вокруг. А если к тому же у нее были психологические травмы в прошлом (родители били, например), она готова закрыть глаза на насилие, совершаемое над ее ребенком: лишь бы не повторились пережитые ею кошмары. Я говорю не о своей маме, а вообще о тех женщинах, которые выходят замуж с детьми от предыдущих браков.

– А вы пытались жаловаться маме на приставания ее мужа?

– Может быть, я и попыталась бы, но отчим угрожал, что если скажу маме об этом, то он ее бросит, а она убьет меня за это.

– И вы верили?

– Ну как не верить, если мне было тогда всего 8 лет? Я боялась его. Когда он впервые на моих глазах ударил маму, я встала между ними, и он ударил меня так, что сломал нос. Как я могла после этого рассказывать ей то, что он делает со мной? Я переживала за нее и сестренок. Однажды он пришел пьяный и смахнул с дивана, как вещь, свою дочь – мою маленькую сестренку. Она упала бы на пол, если бы я не поймала ее. Хотя у моих трех сестер разные отцы, они все для меня родные и любимые. Сводного брата, который живет в России, тоже считаю родным.

– Каким вы сегодня представляете свое будущее?

– Проработать все свои страхи и стать здоровой, уравновешенной личностью. Я не могу сказать, что завтра выйду замуж, нарожаю кучу детей, обязательно стану счастливой и уеду в другую страну. Я несу ответственность перед младшими сестрами и перед проектом “Не молчи. Дети.kz”. Я себе планку такую поставила – работать и работать над собой и помогать именно подросткам – и мальчикам, и девочкам.

Смотрите еще

Загрузка...